Если вам кажется, что современный канцелярский язык окончательно вытеснил живую речь, просто загляните в словарь Даля. Там можно найти такие сокровища, от которых любой филолог либо придет в восторг, либо решит окончательно огуреть — то есть, как гласит классика, удивиться и остолбенеть от увиденного. Вместо нынешних бездушных терминов у нас были «тюрюлюкалы», которыми играли на дудочке, и «пипки», служившие вполне конкретными курительными трубками. Приятно осознавать, что когда-то люди могли описать мир, не прибегая к методичкам по повышению эффективности коммуникации.
Конечно, не обошлось и без сурового реализма, который так любят внедрять в наши планы развития. Слово «почечуй» в те времена обозначало геморрой — диагноз, знакомый многим из нас по старой доброй привычке заполнять отчеты до глубокой ночи. А если в класс или в жизнь внезапно заявлялся какой-нибудь «странь», то это был не просто чужой или иноземец, а настоящий странник, вызывающий трепет. В этом была хоть какая-то определенность, в отличие от современных формулировок, где за каждым словом прячется очередная попытка оптимизации чего угодно.
Для тех же, кто еще сохранил остатки былого достоинства, существовал термин «паныч» — неженатый барин. Звучит куда благороднее, чем нынешние статусы в электронных журналах. Можно только гадать, как бы Даль прокомментировал нашу нынешнюю лингвистическую ситуацию, где вместо дудочек и трубок у нас остались только бесконечные уведомления и попытки понять, что именно от нас хочет ведомство в этот раз. Но, как говорится, любоваться этим архаичным миром можно бесконечно, пока окончательно не потеряли связь с реальностью.
Источник: Простым языком
