В нашей образовательной системе всё работает по высшему разряду: если ты случайно назвал учеников «жертвами ЕГЭ» и «потребителями», это не трагедия, а всего лишь досадное недоразумение, которое требует немедленной самоликвидации. Чиновник, чьи визионерские тезисы вызвали закономерный резонанс, решил, что лучший способ исправить ситуацию — это уйти в закат. Видимо, даже в кабинетах при мэриях понимают, что такие лингвистические шедевры лучше не повторять, иначе репутация превращается в пыль быстрее, чем заканчивается учебный год.
В своем объяснении автор этого словесного перформанса проявил поразительную педагогическую гибкость. Он признал, что совершил ошибку, не учтя главный принцип коммуникации: то, что может быть понято неправильно, обязательно будет понято неправильно. Вместо того чтобы признать очевидную бестактность, он предположил, что ему просто следовало «шире раскрыть тему». Видимо, если бы он снабдил свои рассуждения о «потребителях» подробной пояснительной запиской на пять страниц, мы бы все дружно зааплодировали его глубокому пониманию нужд школьников.
В итоге, вместо долгого и мучительного процесса разъяснений, чиновник выбрал самый эффективный путь — уволился из центра при мэрии. Это, пожалуй, единственное логичное завершение диалога с общественностью, когда твоя попытка анализировать аудиторию приводит к тому, что аудитория начинает анализировать твою профпригодность. Впрочем, в мире, где всё можно «раскрыть шире», такая стремительная самоотставка выглядит как единственный способ избежать новых, еще более масштабных и «широких» объяснений.
Источник: Grand Exam — Арсений Филин
