Пока мы тут пытаемся не утонуть в бесконечных отчетах, в мире книгоиздания и периодики происходит очередное «великое упрощение». Руководитель издательства «Наука» М.В. Фомин в своем интервью для «Независимой газеты» выложил карты на стол, и картинка рисуется весьма специфическая. Если с книгами всё еще можно как-то разбираться, то в сфере научной периодики намечается четкий курс на сужение горизонтов. Согласно тезисам господина Фомина, ситуация с журналами обстоит даже лучше, чем с книгами — финансирование там якобы больше, но радость от этого сомнительная.
Главная новость для тех, кто привык к свободе информации: никакого открытого доступа к российским журналам не будет. Забудьте про удобство и глобальность; распространение планируется исключительно по подписке, включая национальную подписку. Видимо, это новый способ приучить ученых к тому, что за каждое слово в научном тексте нужно платить по счету. При этом из 141 журнала всего около 50 переводятся на английский язык. И хотя вопрос о том, сколько зарубежных подписок на эти редакции вообще существует, в интервью остался без ответа, звучит это как очень уверенное движение в сторону изоляции.
Логика ведомственного оптимизма здесь просто поражает: М.В. Фомин утверждает, что настоящая наука должна быть на национальных языках ученых, ведь именно на них они думают. Мол, объективно большая часть мировой науки проводится не на английском, так зачем нам лишние сложности? В этой парадигме прекращение издательства Pleiades выпуска англоязычных версий академических журналов и их распространения через Springer с 1 января 2027 года преподносится как «максимально позитивное событие». Нас словно пытаются убедить, что закрытие дверей на замок — это лучший способ обустроить уютный дом. Добивает и требование, чтобы научные журналы обязательно существовали не только в цифре, но и в печатном виде. Видимо, будем перелистывать бумажные страницы, пока ждем новостей о том, останется ли хоть одна зарубежная подписка на наши издания после 2027 года.
Источник: Наука и университеты
