В современных учебниках истории нам врядят, что авиация — это про небо и керосин, но если копнуть чуть глубже ведомственных методичек, выяснится, что лингвистический абсурд сопровождает нас веками. Оказывается, самолетом когда-то называли вовсе не крылатые машины, а обычный самоходный паром. И нет, он не взлетал над облаками, а просто скромно дрейфовал по воде.
Это чудо инженерной мысли времен Петра I перемещалось по Неве, используя силу течения. По сути, аппарат «сам летел» по реке, полагаясь не на реактивные двигатели, а на естественный поток воды. Представьте себе эту картину: вместо гула турбин — плеск волн, вместо диспетчерской вышки — берег Невы, а вместо посадочной полосы — речное русло.
Логика чиновников прошлого, видимо, была схожей с логикой современных составителей отчетов: назовем процесс «полетом», и дело в шляпе. Если паром движется сам, значит, он летит. Даже если этот полет ограничен глубиной реки и здравым смыслом. Впрочем, в этом и заключается преемственность поколений: сначала мы называем паромы самолетами, а потом пытаемся объяснить это в официальных документах как инновационное развитие транспортных средств.
Источник: Грамотно говоря
