Кажется, методисты снова решили, что знание грамматики — это слишком скучно и просто для наших детей. На этот раз письменная часть ЕГЭ по английскому языку внезапно подмешала к лингвистике элементы отечественной историографии. Вместо привычных тем выпускникам предложили написать письмо, в котором нужно было на иностранном языке расписать про День народного единства, 23 Февраля и День России. Чтобы поставить заветные баллы, ребятам пришлось не просто вспоминать правила построения предложений, а демонстрировать глубокое понимание смыслов, которыми эти даты commemorate. Если, конечно, само слово commemorate не стало для них непреодолимым барьером.
Проблема здесь не только в том, что экзамен внезапно решил проверить уровень знаний по истории. Проблема в том, что проверка знаний истории через призму иностранного языка — это какой-то запредельный уровень педагогического сюрреализма. Чтобы выдать содержательный ответ, ученику мало быть просто хорошим лингвистом; ему нужно быть еще и экспертом по государственным датам. И всё это подается под соусом проверки языковых компетенций, хотя по факту мы имеем дело с проверкой идеологической осведомленности.
Отдельного упоминания заслуживает лексический состав задания. Согласно стандартам, для этого экзамена предусмотрен уровень B1-B2, но организаторы решили, что пора подбросить дровишек в огонь. Использование лексики уровня C2 превращает обычный тест в полосу препятствий, где вместо слов стоят минные поля из терминов, которые не встречаются даже в продвинутых учебниках. В соцсетях уже вовсю гадают, чего ждать от устной части: не спросят ли про любимые песни Шамана или мастерство игры на балалайке? Судя по логике текущих реформ, подобные вопросы — лишь вопрос времени.
Источник: Мел
