Пока одни родители радуются новому этапу жизни, другие с замиранием сердца гадают, в какой именно филиал образовательного ада попадет их ребенок. История семьи одной преподавательницы наглядно демонстрирует, как работает наша «оптимизация». Когда-то в ортопедическом саду, где воспитывался Ваня, жизнь напоминала сказку: всего 12 человек в группе, массажи, бассейн и лечебные ванночки. Казалось бы, вот оно — идеальное пространство для развития. Но система не терпит роскоши и комфорта. К моменту, когда в сад пришел Богдан, наступило долгожданное «улучшение»: группы раздули до 16 человек, хотя занятия вроде как оставили.
Затем наступил этап Степана, и маски окончательно сброшены. Статус учреждения испарился вместе с массажами, зато бассейн, музыка и ИЗО остались — видимо, чтобы детям было веселее находиться в группе из 22 человек. Но настоящим апофеозом бюрократического безумия стал случай племянника Яна. Прошлым годом в списке значилось 47 детей в одной группе. Это уже не дошкольное учреждение, а попытка запихнуть невпихуемое в рамки нормативов, из-за чего ребенок и вовсе остался без сада. Видимо, цифры в отчетах важнее, чем реальная возможность ребенка посещать занятия.
Впрочем, даже если вам повезет попасть в группу поменьше, можно столкнуться с педагогическим произволом, который не поддается никакой логике. История Даши, пробывшей в саду всего год, — это отдельный памятник абсурдности системы. Воспитатели решили, что подписывать рисунки «Даша Т.» — это слишком просто, и начали демонстративно зачеркивать букву Т, заменяя её на С. На любые попытки матери защитить ребенка, ей сухо отвечали: у девочки есть фамилия по документам, и раз она принята под этой фамилией, то и в саду она будет именно такой. В итоге, вместо воспитательного процесса, семья получила борьбу с системой, из которой пришлось бежать. Посмотрим, какой номер в очереди на выживание получит Марфетка.
Источник: Образование детей
