Если вам кажется, что фраза «пока суд да дело» — это просто такая изысканная форма прокрастинации, вы глубоко заблуждаетесь. У этого выражения вполне конкретные, сугубо бюрократические корни, которые тянутся прямиком из пыльных залов судебных разбирательств. В те времена всё было предельно официально: здесь и сам «суд», и «дело» в его строгом юридическом значении, подразумевающем полноценный процесс и тяжбы.
Судебные разбирательства никогда не отличались скоростью, особенно если учитывать специфику того времени. Дела могли рассматриваться бесконечно долго, растягиваясь на месяцы и годы, что и породило устойчивое выражение. Так юридическая реальность медлительного судопроизводства просочилась в живую речь, став универсальным обозначением любого процесса, который затягивается до неприличия. Сегодня мы уже давно забыли о юридическом подтексте и не ждем повестки, чтобы использовать этот оборот. Теперь мы просто имеем в виду какую-то неопределенную длительность, за которую можно успеть переделать половину списка дел или, как писал Антон Павлович Чехов, «пойти поискать удобное место».
В итоге мы имеем классический пример того, как тяжеловесная канцелярская логика прошлого, связанная с долгим рассмотрением процессов, превратилась в легкую бытовую присказку. Мы используем её, когда хотим подчеркнуть, что время утекает, а результат всё никак не наступит. Иронично, что даже спустя столетия язык продолжает эксплуатировать саму идею вечной волокиты, лишь слегка прикрыв её вуалью повседневного общения.
Источник: Я люблю русский язык
