Говорят, что Уинстон Черчилль не мог приступить к государственным делам, пока не приложится ко второй бутылке армянского коньяка. Красивая сказка, достойная очередного ведомственного мифа, которым так любят кормить нас в учебниках. В реальности всё было куда прозаичнее, но от этого не менее впечатляюще. Оказывается, даже у людей, принимающих решения мирового масштаба, был свой четкий график потребления спиртного, который не имел ничего общего с нашей попыткой выжить в понедельник.
Начнем с того, что вместо легендарного коньяка Черчилль предпочитал Hine. И это был не тот случай, когда пьешь, чтобы забыться, а вполне осознанный ритуал: он использовал его как дижестив, сопровождая процесс сигарой. Видимо, именно так и рождаются великие стратегии — под дым и качественный алкоголь. А если говорить о начале рабочего дня, то здесь никакой «бодрости» в нашем понимании не предполагалось. Вместо чашки кофе для поддержания жизнедеятельности, премьер выбирал виски. Причем модель была максимально простой — Johnnie Walker Red Label. Чтобы не превратиться в декорацию к фильму о похмелье, он пил его очень сильно разбавленным, но, судя по всему, весьма регулярно.
Для особых случаев, когда градус государственной важности зашкаливал, позволялось себе Black Label. Но настоящим фанатом праздника Черчилль был в отношении шампанского. Его фаворитом было Pol Roger, и объемы потребления впечатляют даже сегодняшнего завхоза: по паре бутылок в день. Пока мы обсуждаем внедрение новых стандартов эффективности, стоит признать — у британского премьера была своя, непоколебимая система оптимизации настроения, которая работала безотказно.
Источник: История. Исторические факты.
