Замглавы Рособрнадзора Игорь Круглинский затронул тему дистанционной подачи апелляций по ЕГЭ. По его словам, вопрос сейчас обсуждается, но внедрять это новшество планируют лишь там, где есть «технологическая возможность». При этом ведомство делает вид, что заботится о чувствах выпускников: якобы если у ребенка останется потребность лично пообщаться с апелляционной комиссией и экспертами, то такая возможность сохранится. Видимо, в министерстве искренне верят, что живой диалог — это нечто из прошлой жизни, которую они так старательно пытаются оцифровать.
Однако реальность, особенно московская, выглядит куда менее радужно, чем отчеты в пресс-релизах. В Москве дистанционный формат апелляции работает уже много лет, причем без каких-либо альтернатив. Вместо того чтобы дать ученику возможность прийти на очную беседу (куда, на минуточку, можно было официально привести и родителя, и учителя, или даже репетитора с нужным пакетом бумаг), систему заменили на крайне сомнительный инструмент — чат. И этот чат, честно говоря, вызывает больше вопросов к качеству цифровизации, чем ответов.
В этом «инновационном» мессенджере невозможно ни скриншот прикрепить, ни формулу нормально вбить. В итоге начинается настоящий лингвистический кошмар: выпускник вынужден описывать математические или физические ошибки словами. «В 17-й строчке сверху, в 11-й клеточке слева, в третьем индексе такое-то значение», — вот и вся наука. Но и это еще не предел технологического совершенства. Как только 20 минут сессии заканчиваются, система просто вышвыривает пользователя из чата, причем история диалога не сохраняется вовсе. Похоже, такая «оптимизация» призвана не помочь разобраться в ошибках, а максимально быстро и бесследно стереть факт существования проблемы. Остается только надеяться, что возможность очного участия вернут хотя бы для тех, кто не готов играть в текстовые квесты на выживание.
Источник: Grand Exam — Арсений Филин
