Похоже, система образования снова пытается нас порадовать, подсовывая обновленные правила игры, которые выглядят как попытка вылечить перелом подорожником. Если взглянуть на ситуацию с лечебным делом, то картина маслом: целевая квота съедает порядка 70–76% мест, а отдельная и особая квоты забирают еще 20%. В итоге на обычный конкурс остается жалкая горстка процентов, которую в топовых вузах безжалостно расхватывают олимпиадники. Поступить на чистый бюджет в ведущие медицинские университеты было почти нереально раньше, и никакие новые формулировки эту математическую бездну не залатают.
Самое изысканное в этой схеме — сохранение штрафных санкций. Нам говорят об изменениях, но забывают уточнить, откуда отчисленному студенту или человеку, ушедшему по серьезным обстоятельствам, взять эти сотни тысяч, миллионы или даже десятки миллионов рублей? Логика ведомственных инициатив прекрасна: если ты не справился и ушел, плати государству цену своего «неуспеха» в масштабах бюджета небольшой страны. И не стоит надеяться на облегчение — наставничество для платников и бюджетников, включая тех, кто уже сидит за партами, никуда не делось. Оно будет сопровождать вас до самого конца, как тень.
Конечно, можно найти и крупицы оптимизма, если смотреть на мир через призму выживания. Для тех, кто мечтает о бюджете в региональных вузах, есть шанс: там целевая квота может просто не заполниться, что позволит проскочить на бесплатное место (правда, с последующим наставничеством). Обладатели особой и отдельной квот тоже получили бонус — им больше не нужно судорожно искать целевое обучение на первом курсе, хотя обязательства по наставничеству все равно приклеятся к ним намертво. Даже олимпиадники, которым удастся прорваться в условную Сеченовку на бюджет, теперь хотя бы минимизируют риск получить тот самый гигантский штраф при отчислении. Но пока мы не увидим итоговый текст закона, всё это остается лишь набором оптимистичных прогнозов в туманном будущем.
Источник: Grand Exam — Арсений Филин
