Пока педагогическое сообщество обсуждает очередные методические рекомендации, в реальности случаются вещи, от которых становится не по себе. За полгода до ЕГЭ у девушки обнаружили лимфому. И вместо того чтобы просто заняться здоровьем, она решила, что правила игры не меняются: нужно готовиться, сдавать и получать баллы. В итоге — 75 за русский язык, 72 за математику и 84 за химию. Самостоятельно. Параллельно с лечением.
Процесс сдачи превратился в какой-то техногенный абсурд, достойный киберпанк-романа. Экзамен проходил дома, но это не было похоже на уютную проверку знаний. В комнате девушки развернули настоящий блок контроля: установили две камеры, ноутбук и принтер для печати КИМов. На кухне же организовали подобие оперативного штаба, чья задача заключалась в том, чтобы распечатывать, сканировать и отправлять документы, ведь физически донести КИМы в РЦОИ нельзя.
Масштабы «домашнего надзора» впечатляют: в штабе трудились трое человек (технический специалист и еще двое, чьи функции сводились к руководству процессом), а в самой комнате дежурили еще два наблюдателя. Получается, что вместо привычного кабинета в школе, ученица получила полноценный режимный объект с камерами, персоналом и логистической цепочкой по передаче бумаг.
На фоне этой истории любые наши разговоры о «трудных вопросах» в тестах или «неудобном расписании» выглядят как детский лепет. Девушка просто взяла и сделала, пока система обеспечивала ей техническую изоляцию внутри собственной квартиры. Пожалуй, это единственный случай, когда бюрократическая машина работала так эффективно, чтобы позволить человеку выстоять под двойным ударом — и болезни, и экзаменационного контроля.
Источник: Grand Exam — Арсений Филин
