В 1917–1918 годах в нашей стране развернулась самая масштабная и решительная орфографическая реформа, которую мы знаем. И если вы думаете, что это было чистое проявление любви к народу, то спешу вас расстроить: за всем этим стояла вполне приземленная забота о ресурсах. Алфавит сократили, правила упростили, а типографии наконец-то смогли сберечь тонны бумаги и чернил. Видимо, чиновники того времени решили, что лишняя буква — это слишком дорогое удовольствие для молодой республики.
Начнем с самого наболевшего — со смерти «Ъ» на конце слов. Твёрдый знак, который тогда именовали «ер», по старой привычке заставляли ставить в конце каждого слова на твёрдую согласную: человѣкъ, домъ, миръ. К тому моменту этот знак уже давно не обозначал никакого звука, а просто занимал место, раздражая глаз и кошелек. По подсчетам того времени, на печать этих немых знаков уходило до 4% всего объема книг и газет. В масштабах страны это выливалось в миллионы сбереженных страниц. Большевики, конечно, реформу проводили быстро и жестко, хотя профессиональные филологи готовили её еще с начала XX века. Из типографий даже изымали литеры с буквой Ъ, из-за чего в первые годы после реформы вместо разделительного твёрдого знака в середине слов печатали апостроф, как в словах с'ъел или об'явление. Чистая импровизация на фоне дефицита.
Затем пришла очередь буквы «Ять» (Ѣ), которая официально отправилась на пенсию. К XX веку эта буква произносилась абсолютно так же, как обычная Е, но писалась в конкретном списке слов по исторической традиции — хлѣбъ, вѣра, вѣтеръ. Школьникам приходилось зубрить бесконечные бессмысленные стихотворения-запоминалки, чтобы не схватить двойку за неправильную букву. Для учеников избавление от Ѣ стало настоящим праздником, хотя, глядя на современные учебники, понимаешь, что облегчение было лишь временным.
Ну и напоследок — прощание с «I» и «Ѳ». Букву I («и десятеричное») заменили на И перед гласными: была історія — стала история, была Россія — стала Россия. Букву Ѳ («фита») просто выкинули, заменив её на Ф: Ѳома превратился в Фому, а ариѳметика — в арифметику. В результате этой оптимизации язык потерял важную тонкость. До реформы существовало два разных слова, которые звучали одинаково, но писались по-разному: миръ (отсутствие войны) и міръ (Вселенная или общество). Знаменитый роман Льва Толстого «Война и миръ» изначально назывался именно так, чтобы подчеркнуть отсутствие войны. Теперь же из-за отмены буквы І оба понятия слились в одно общее слово «мир», и нам приходится гадать, что имел в виду автор, полагаясь исключительно на контекст. Эффективно? Безусловно. Понятно? Как повезет.
Источник: Русский язык | Грамотность
