В кинотеатре «Колобок» на днях разыгралась сцена, достойная лучших трагедий античного театра, хотя по масштабу происходящего это скорее хроника системного фиаско. Один представитель поколения зумеров — с характерным дефектом речи, не выговаривающий букву «р», — устроил родителям сеанс телефонной исповеди. Суть претензии была проста и одновременно ужасающа: ребенок не понял, о чем был фильм. Видимо, отсутствие мамы рядом лишило его возможности получить оперативный пересказ сюжета в режиме реального времени. Вместо того чтобы пытаться осмыслить увиденное самостоятельно, юный зритель требовал, чтобы ему всё «рассказали».
Попытки спасения ситуации через социальные связи тоже провалились. По словам подростка, он пытался взаимодействовать с некой «Алиской», но столкнулся с техническим несовершенством цифровой эпохи. Фильм шел быстрее, чем он успевал набивать текст сообщения, а виртуальный помощник, судя по всему, оказался столь же беспомощен перед лицом кинематографического повествования, как и сам пользователь. В итоге мы имеем классический пример коммуникативного разрыва: человек смотрит на экран, но не считывает смыслы, потому что темп жизни и скорость обработки информации окончательно разделились.
Кульминацией этого интеллектуального тупика стал вопрос, который должен заставить любого педагога или филолога схватиться за голову: «Так Колобок — это что, 3D-смайлик?!» В этом вопросе сосредоточена вся современная действительность. Мы можем сколько угодно говорить о цифровизации и новых медиа, но когда базовые культурные архетипы превращаются в непонятные пиксельные объекты, становится ясно, что процесс идет куда дальше, чем просто смена форматов. Пока кинотеатры предлагают нам объемную картинку, зрители всё больше напоминают плоских персонажей, не способных выдержать даже минимальную нагрузку на логику без посторонней помощи.
Источник: Эрудит
