Лингвистическая инспекция: теперь проверяем не знания, а футболки

Лингвистическая инспекция: теперь проверяем не знания, а футболки

В мае департамент образования Томской области выпустил распоряжение, которое вызвало у местных медиа закономерный вопрос: неужели теперь в школах запрещено всё, что написано не по-русски? Поначалу казалось, что нас ждет тотальный лингвистический запрет, но чиновники вовремя включили режим уточнения. Согласно документу, который гуляет по местным телеграм-каналам, руководителям образовательных учреждений предписали внести в правила внутреннего распорядка пункт о том, что ученикам «запрещается носить одежду с надписями на иностранных языках». Конечно, с мелкими оговорками: если это не часть бренда и не противоречит российскому законодательству или «принципам общечеловеческой морали». Видимо, именно так теперь планируется профилактика «радикализации» молодежи и борьба с пропагандой «асоциального поведения».

После того как координатор томского «Штаба» Антон Исаков решил проверить законность этих инициатив через прокуратуру, власти решили немного смягчить углы. Замгубернатора Томской области по образованию Наталья Киселева в своем ответе бодро заявила, что никакого запрета на иностранные языки в распоряжении департамента нет. Оказывается, детям всё еще можно носить вещи с логотипами брендов или географическими названиями. Главное — чтобы надписи не содержали призывы к насилию или запрещенную символику. Теперь вместо изучения грамматики нам придется заниматься семантическим анализом текстиля.

Самое прекрасное в этой схеме — методология оценки. По словам Натальи Киселевой, оценивать надписи нужно «по смыслу и содержанию, а не по языковому признаку». То есть учитель должен обладать навыками лингвиста-эксперта и переводчика-дешифровщика, чтобы понять, является ли надпись на футболке скрытым призывом к бунту или просто безобидным англицизмом. Если же «опасный» смысл будет обнаружен, педагогу полагается провести профилактическую беседу и сообщить об этом родителям. Классика: бюрократическая задача по контролю за моралью делегируется учителю, который и так завален отчетами, а теперь должен работать еще и штатным цензором иностранных текстов.


Источник: ЕЖ