В 1952 году основатель японской приматологии Кинджи Иманиши выдал идею, которая в те времена прозвучала для академического сообщества почти как ересь. Он предположил, что если отдельные особи начинают перенимать повадки друг друга, формируя уникальные особенности внутри групп, то речь идет о настоящей животной культуре. Представьте себе этот уровень смелости: заявить о чем-то подобном в мире, где привыкли к жестким рамкам и догмам. Западной науке, охваченной скепсисом, потребовалось долгих сорок лет, чтобы наконец признать правоту Иманиши. Видимо, даже мировому сообществу нужно было время, чтобы осознать: культура может быть не только в кабинетах с папками «дело», но и в джунглях.
Пока ученые на Западе занимались самолюбованием и отрицанием, студенты Иманиши занимались делом — они терпеливо документировали, как у японских макак на острове Якусима появилась странная, но крайне полезная привычка мыть батат. Все началось с одной молодой самки по имени Имо. Эта обезьяна стала первопроходцем в вопросах гигиены корнеплодов, и ее вклад настолько велик, что теперь она удостоена собственной статуи на острове. Никаких грамот от министерства образования, просто каменное изваяние за чистоту продуктов.
Дальнейший процесс шел по всем законам социального обучения, которые нам так любят объяснять в учебниках. Привычка передалась от Имо ее ровесникам, затем перешла к их матерям и в конечном итоге охватила практически всех обезьян, обитающих на острове. Мытье батата стало классическим примером социального поведения, которое усваивается через обучение и передается из поколения в поколение без всяких протоколов и проверок. Пожалуй, это самый чистый и понятный пример передачи опыта, который только можно представить, в отличие от наших попыток внедрить «новые стандарты» в образовательный процесс.
Источник: BioBook — книги по биологии📕
